День рождения
Проснувшись, я сразу вспомнил – какой сегодня день.Особенный. Замечательный. Решающий. Мне исполняется двадцать лет, и значит, сегодня все изменится. Сегодня я увижу мир вне инкубатора.
Наивный.
Нас не посвящали во все тонкости предстоящей процедуры, считая это излишним.У меня оставался еще час до прихода охраны. Скинув одеяло, я подошел к окну, точнее к тому, что должно было быть окном. Плазменный экран распоряжался моим суточным режимом все эти 20 лет. Хорошо хоть, они догадались менять скринсэйвер время от времени. Номер 349 рассказывал, что один питомец раздолбал к чертям экран и перевернул всю комнату. Бедолага, он сам сделал свой выбор.
Его даже не похоронили. Безымянных не хоронят. Последний раз такой приступ разрушения был зафиксирован в анналах истории 5 лет назад. Смирились, однако.
Хватит об анналах. Покойникам - покой, а мне надо умываться. Не хотелось посрамить свою честь в такой ответственный день, сверкая помятой рожей. "С сегодняшнего дня прошу считать меня недействительным, тарлям-пам-пам" - напевал я, растирая лицо холодной водой. "Интересно, сохраняют ли они память?" - подумалось неожиданно. Моё отражение ухмыльнулось в ответ - "А оно тебе надо? Ты посмотри на себя! Жалкое ничтожество!" "И то верно" - согласился я, не долго думая. Хотя, где-то в тёмных закоулках сознания, я понимал, что забуду свою настоящую жизнь, ту жизнь, которая была дана мне природой. Но не хотелось копаться так глубоко.
Будь, что будет!
Я улыбнулся зеркалу, стараясь запомнить все угловатости лица. На всякий случай. Улыбка вышла скверненькой. Одевшись, завалился на кровать, дабы подумать о жизни в ожидании охраны. Мысли как мухи беспорядочно роились в пустой голове, не желая тормозить. Так, гоняясь с тапочком за мыслями, я провалялся еще 20 минут.
В коридоре послышались шаги и через пару секунд в замке загремели ключи. Прежде, чем открылась дверь, я успел поразмыслить о жестоком несоответствии древних механических замков и плазменных натюрмортов на стене.
Их было трое.
Путеводители
В пути водители
Неужели я так опасен, что нуждаюсь в тройной опеке? Все, как на подбор, молодые и вдобавок красавицы, насколько я мог судить о красоте в тёмной комнате и с прищуренными глазами. Все трое были незнакомы мне. Видимо боялись, что местная администрация может струхнуть в последний момент и дать слабинку.
Эти нет. Эти доведут дело до победного конца, глазом не моргнув.
Я решил не затягивать свой маленький бунт и встал с кровати. "Присаживайтесь, девушки! Посидим, чайку попьём." - услышал я сам себя и офигел от такой наглости.
C cегодняшнего дня прошу считать меня отрицательным
Но привлекательным
Но фурии не подавались на провокации и лишь презрительно улыбнулись. "Ну хоть что-то" - подумал я. Одна из них достала чёрную повязку и протянула мне. "Даже так!" - поразился я - "Не бойтесь, я не кусаюсь!"
Не отвечаете? Ну и чёрт с вами!
Затянув повязку, я, бодро, насколько позволяла ситуация, провозгласил: "Готов к труду и обороне!" Шли мы минут 10. Они всё это время молчали, я всё это время слушал. Много я для себя не почерпнул. Наконец, мы остановились. Вновь загремели ключи и меня втолкнули внутрь. Здесь мне позволили снять повязку, точнее просто содрали её с головы.
Надо сказать, что эта комната отличалась от тех, которые мне доводилось лицезреть раньше. Здесь было довольно-таки уютно и прохладно. Мои провожатые не дали мне оглядеться, а сразу потащили к столу с торчащими над ним лампами. Меня уложили на стол, заковав руки и ноги в ремни. Откуда-то справа подплыла дамочка в белом халате. Ловким движением руки она извлекла кислородную маску и принялась натягивать мне её на лицо. Я почувствовал действие наркоза, но, прежде чем заснуть, я успел подумать: "Хоть бы они сохранили мне память!"
Кто помнит прошлое Всего хорошего тому, кто помнит прошлое Тому, кто помнит прошлое - тому всего хорошего Всего хорошего Всего хорошего Всего хорошего...
Разбудили меня голоса. "Операция прошла успешно." - донесся женский голос. "Я не сомневалась!" - вторила собеседница. Открыв глаза, я увидел две белых фигуры надо мной. Одна из них наклонилась ко мне: "Доброе утро, Ирина! И с Днём Рождения!"
в тексте использован текст песни группы Сплин "Всего хорошего"
Наверх ׀ Оставить отзыв в гостевой
Экзамен
Я бежал.
Не знаю почему, но сегодня мне было, как никогда, легко. Может быть, потому, что этот вечный дождь немного ослаб, в первый раз с начала весны. Правый ботинок окончательно промок и хлюпал на каждом шагу, левое плечо саднило после неудачного падения.
Дождь.
Прислонившись к дереву, я снял ботинок, чтобы вытрясти набившуюся грязь. В памяти всплыл вчерашний вечер... "Отец, не беспокойся, я не опозорю тебя!" Отец лишь кивнул, но этого было достаточно. "Кто твой экзаменатор?" - спросил он. "Марко" - ответил я и посмотрел ему в глаза. В глазах отца мелькнул страх, но он настолько быстро подавил его, что я подумал, мне показалось. "Он мой друг, отец. По-крайней мере, мне будет не так обидно, если я не сдам экзамен"...
Ботинок, на беглый взгляд, выглядел вполне сносно. Я натянул его, стараясь, чтобы вода снова не набилась внутрь.
Дождь.
Самое противное было то, что я не знал, где нахожусь. Нам разрешалось только на экзамен уходить так далеко от города. Успокаивало лишь, что Марко тоже не знал этих мест. Я прислушался, надеясь уловить движение.
Ничего.
Только этот проклятый дождь.
Я по привычке посмотрел на небо, но оно ответило все тем же, чем отвечало всю жизнь - серые тучи, как паутина, покрывали его...
Я вспомнил, как впервые увидел солнце. Это была картинка из учебника истории, сохранившегося со времен Первых у нашего ректора.
Солнце.
Тогда оно показалось мне чем-то чужим, не родным.
Солнце.
Оно снилось мне.
Я выпросил у ректора этот учебник на дом и прочитал его от корки до корки. И то, что я увидел, наполнило мою душу ненавистью к тому, что я есть - Человек... Дальше.
Бежать, бежать.
Бежать от дождя, это то же самое, что бежать от боли: она долбит тебя, не уставая. Глянув на компас, я поднял воротник повыше и побежал дальше. Впереди гнилые оглобли становились реже. Это оно, я чувствовал. Замедляя шаг, я вышел на поляну.
Легкие капли барабанили по сгнившим стволам деревьев, отскакивая и падая на землю. Я остановился на секунду.
Почему я раньше не обращал внимания, насколько красивы бывают эти мертвые леса чужой планеты? Я оглянулся по сторонам, стараясь запечатлеть эту картинку в памяти. Обрубки когда-то могучих стволов посмотрели на меня с тоской, и я не смог выдержать этот взгляд, я глянул себе под ноги - сырая земля дыхнула на меня остатками былой силы. Задыхаясь, я вскинул взгляд к небу, пытаясь найти там осколки мифического Солнца. Но небо оставалось равнодушным, впрочем, как и все 270 лет, что человечество обитает здесь, на этом пристанище мертвых. И все эти 270 лет идет дождь, как будто кто-то оплакивает нас вместо нас.
- И все эти годы я слышу, как колышется грудь, - И от ее дыханья в окнах запотело стекло
- всплыли в памяти строки из услышанной когда-то песни. Казалось, что небо запотело от смрадного дыхания мертвой планеты. Старейшины говорят, что эта планета уже была такой, когда на ней высадились Первые и, может быть, это знак - мы получили то, что заслужили. Мертвая планета для мертвой цивилизации.
Я услышал движение за спиной. Быстро оглянувшись, я увидел Марко, стоявшего в нескольких шагах от меня. Казалось, что дождь замедлил свою неумолимую песню, все замерло.
"Ты опоздал" - прошептал Марко, и его шепот слился с шепотом дождя. "Ты опоздал" - повторил он уже громче. "Я знаю" - ответил я - "я хотел опоздать". "Прости" - прокричал Марко, поднимая дуло пистолета.
Я не услышал выстрел и не почувствовал боль. Падая, я снова взглянул на это чужое небо. Луч света пробился сквозь тучи и полоснул ножом по остекленевшим глазам.